Napoli (napoli) wrote,
Napoli
napoli

Categories:

Говард Эйлберг-Шварц. Ведьмы Запада: неоязычество и движение Богини как религии Просвещения

Недавно во френд-ленте обнаружила весьма любопытную на первый взгляд статью 14-летней давности о сходстве неоязычества и некоторых идей Просвещения. Закачала в ридер и успешно забыла. Вчера наконец до неё дошли руки, прочитала и поразилась, насколько своевременно эта статья попалась мне на глаза.

Какой-то американец взял и понятными буквами изложил всё, о чём я только смутно догадывалась, не в силах выразить это словами. Мне стало понятно, чем конкретно мне не нравятся авраамические религии, а также некоторые черты язычества. И стало ясно, почему я так упорствую в том, чтобы найти везде здравый смысл и логику. Наверное, в одной из прошлых жизней я жила в эпоху Просвещения и была деистом (или деисткой).

В общем, всем неоязычникам и сочувствующим рекомендую к прочтению для общего развития.

Originally posted by veris_sacri at Говард Эйлберг-Шварц. Ведьмы Запада: неоязычество и движение Богини как религии Просвещения (1989)
Проведение параллелей между идеями эпохи Просвещения о религии и современным неоязычеством, на первый взгляд, может показаться странным. Такое сравнение не вызвало бы понимания ни у мыслителей Просвещения, ни у современных неоязычников. Просвещение, в лице деистов, резко выступало против всех исторических или «позитивных» форм религии . Богом деистов был Разум, а в свете Разума откровение представало излишним и ненужным. Разумный Бог не мог дать специальное откровение одной части мира или одной группе людей. Разумный Бог не стал бы требовать от людей исполнять странные обряды поклонения или верить в таинственные доктрины. Все, что от человека может ожидать Разум – это внутренняя приверженность человека моральному долгу, который можно познать при помощи разума, данного всем от рождения. На таких основаниях деисты бы, несомненно, осудили современных неоязычников и почитателей Богини, которые не только верят в некое религиозное откровение (пусть отличное от откровения, свойственного религиям Книги), но и являются политеистами. Для философов XVIII в. неоязычество и религия Богини не могли быть ничем, кроме как еще одним заблуждением и суеверием в длинном списке суеверий и заблуждений, от которых страдает непросвещенное человечество.
Современные ведьмы и неоязычники, со своей стороны, также осудили бы (и осуждают) просвещенческие взгляды на религию. Неоязычники верят, что чрезмерное внимание, уделяемое разуму, породило множество проблем современного общества. Помимо всего прочего, человек, живущий строго в пределах, которые указывает ему разум, представляет собой «царство, разделенное в самом себе» . Только вернув себе религиозный опыт,
/80/
человек может надеяться стать цельным и здоровым. Участие в религиозных церемониях, поэтому, необходимо для полного самовыражения индивидуума. К тому же, современные ведьмы без сомнения скажут, что исключительное внимание к разуму в XVIII в. явилось очередной формой монотеизма, который сам по себе представляет собой одну из ключевых проблем западного общества. Монотеизм, в любой своей форме, возвышает Одно над Многим, и таким образом способствует развитию иерархизма, патриархата и авторитарных общественных структур .
Однако если бы деисты и современные ведьмы могли заглянуть по ту сторону различий между своими идеологиями, они не могли бы не увидеть некоторые разительные черты сходства, подсказывающие, что неоязычество на самом деле является частью традиции, генетически связанной с просвещенческой критикой религии. Во-первых, деизм и неоязычество помещают себя по одну сторону баррикад, заявляя о своей оппозиции религиозным традициям христианства и иудаизма, и подвергая эти традиции критике со схожих позиций. Неоязычники, как и деисты XVIII в., считают христианство и иудаизм ответственными за многие бедствия современной жизни . Решить проблемы современности они стремятся, практикуя альтернативные формы религиозной жизни. Как и деисты, неоязычники ищут вдохновения для этого в древнем язычестве.
Неудивительно, поэтому, что характеристика философов XVIII в., данная Питером Гэем, хорошо подходит для описания неоязычников 1970-80-х гг.:

«…за всеми их тактическими альянсами и личными связями стоял общий опыт, на основе которого они выстраивали вполне стройную философию. Этот опыт – который был свойственен каждому из философов-просветителей (philosophes) в большей или меньшей степени… диалектически сочетал в себе тягу к античности, конфликт с христианством и погоню за современностью. Именно эта диалектика отличала философов-просветителей и отделяла их от других просвещенных мужей [и жен] своего времени; они, в отличие от других, использовали свое классическое образование, чтобы освободиться от христианского наследия, а потом, разделавшись с древними, обратиться к новому, современному мировидению… Другими словами, философы были язычниками современности (modern pagans).
Их язычество было направлено против их христианского наследия и зависело от античных образцов, однако это было современное язычество, эмансипированное от античного мышления так же, как и от христианских догматов» .

Сегодняшние неоязычники, поэтому, не первые «язычники современности». Первыми были те, кто оказался ответственен за рождение современности как новой эпохи в истории.
Сходства между просветителями и неоязычниками на этом не заканчиваются.
/81/
Обе группы выдвигали в качестве антитезиса существующим западным религиозным традициям «религию природы». Согласно языческой критике – неважно, в просвещенческом ли ее варианте XVIII в. или в современном неоязыческом – появление христианства и иудаизма на Западе вместе с тем означало подавление религии природы, которая предшествовала этим историческим традициям. Следовательно, возникновение иудаизма и христианства – это катастрофа для человеческой истории, и ряд проблем современности напрямую увязывается с господством этих традиций. Чтобы решить эти проблемы, надо, следовательно, отвергнуть эти религии и вернуться к религии природы .
Несомненно, деистская и неоязыческие концепции «религии природы» фундаментально различаются между собой. В XVIII столетии Природа вызывала в уме иной набор ассоциаций, чем сегодня. По версии деистов, Религия Природы – это абстрактная религия, которую познают Разумом. Бог Разума – часовщик, создавший мир, как совершенный часовой механизм, который теперь работает исключительно по собственным законам. Это не личный Бог, с которым можно выстраивать отношения. Неоязыческая концепция Природы, напротив, ближе к модели романтиков, ближе к Руссо, Гердеру и Гегелю . Их религия природы прославляет мир естественной окружающей среды, не затронутой цивилизацией, и стремится привести человеческую жизнь в гармонию с этой средой. Сегодняшние неоязычники стремятся сгладить четкие различия между человеческим, божественным и природным, концептуализируя их как аспекты друг друга. По этим причинам, неоязычество тяготеет к экологичности, органицизму, холизму и пантеизму.
Несмотря на различные концептуализации природы, просветители и неоязычники ставят современности одинаковый диагноз, а в качестве терапии предлагают вернуться к религии природы. Обе группы определяют отчуждение в широком смысле как основную проблему, стоящую перед человеческой личностью, и обе видят в возврате к природе возврат к истинной человечности. Согласно обеим группам, отчуждение происходит в том числе из за определенных авторитарных и иерархичных социальных структур, которые доминируют в обществе. Такие структуры лишают индивидуума автономии, заставляя его зависеть от других людей, которых они наделяют большей властью и знанием. Эти структуры предстают общественно вредными, поскольку они основаны на иерархических отношениях внутри сообществ и таких же отношениях самих сообществ друг с другом, а также нацелены на то, чтобы навечно закрепить эти отношения в неизменном виде.

Далее здесь: http://yadi.sk/d/gUH3H-Rq4Q0qv
(16 стр. в ворде)
Tags: книги, чужое творчество, язычество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment