Napoli (napoli) wrote,
Napoli
napoli

Categories:

Шизофреники - рупоры духа места. Пара слов о паранойе

Читаю сейчас книжку Арнольда Минделла, психиатра, гештальтиста и шамана, "City Shadows", о работе соцслужб с психиатрическими больными. Он делает большой упор на то, что психиатрические больные необходимы городу. Их свободное проживание среди так называемых нормальных людей стимулирует развитие соцслужб, является барометром терпимости и сострадания общества в целом. А ещё психиатрические больные беспрепятственно говорят то, что здоровые замалчивают, и это может быть очень интересным источником информации о городском населении для города, информации о себе самом, о своём подсознании. На примере одного из своих пациентов он высказывает очень интересную мысль - то, что говорят шизофреники, является искренними неотфильтрованными мыслями общества, в котором они живут.

Пациент, Эрнест, каждую неделю приходит отмечаться в соцслужбу, и там с ним общается небольшая команда специалистов. В разговоре с ними Эрнест непоследовательно перескакивает между 2 процессами:

1. Отпускник.
Эрнест вполне работоспособный и может найти какую-нибудь посильную работу. Но пока что он сидит на пособии и находить работу не спешит. На вопрос Арнольда, почему он не ищет работу, Эрнест говорит, что у него нет времени работать, т.к. он очень занят, и что он предпочитает отдыхать, получая за это пособие. (для любопытствующих: дело было в Швейцарии в середине 80-х или раньше)

2. Конфликт с бюрократами.
Эрнест считает, что в службе выдачи пособия его постоянно обсчитывают и недодают ему денег. Его конфликт в этой конкретной службе он распространил на тех, кто стоит хоть немного выше в конкретной ситуации общения: любых бюрократов, врачей, соцработников и т.п.

Арнольд Минделл поясняет также, что у шизофреников отсутствует так называемый метакоммуникатор, субличность, которая здраво и объективно оценивает обстановку и выбирает, как себя вести и что говорить. Попросту говоря, у них отсутствуют социальные фильтры. Любой социальный эгрегор, затрагивающий общество, в котором они живут, беспрепятственно выражается через них. Не зря в древние времена к юродивым прислушивались. Им было дозволено говорить то, что не дозволено обычным людям.

Из этих двух основных процессов Эрнеста автор делает вывод, что пациент очень справедливо выражает тоску коллективного бессознательного Швейцарии, живущей в то время по швейцарской поговорке "Работа и молитва делают жизнь слаще". Большинство швейцарцев, даже не признаваясь себе в этом, тоскуют по отпуску. Думаю, не ошибусь, если скажу, что Эрнест тут заченнелил не только швейцарцев, но и вообще весь род людской.

Второй процесс Эрнеста выражает всеобщую фрустрацию людей по отношению не только к бюрократам, но и вообще ко всем, кто оказывается в позиции власти, от кого мы что-то вынуждены просить, от кого мы зависим.

Читая эту книгу, я не могла не думать о моей недавней знакомой Виолетте. Получается, что она ченнелит следующие социальные процессы нашего общества:

- всеобщий страх слежки и "Большого брата"
- страх потери приватности, неприкосновенности личных секретов
- фрустрацию из-за человеческой злости и неотзывчивости (в случае с её соседями)
- обеспокоенность из-за природы (её печаль из-за срубленных деревьев)
Но также:
- видение скрытой красоты в мелочах (вылетающие из-под юбок танцующих голуби)
- стремление к божественному (the Big Ones в облаках)
- желание хорошей погоды (её личные усилия по её обеспечению)

Да, мы знаем, что за нами следят сотни телекамер в день. Государство знает, сколько у нас денег. Банки знают, что и где мы покупаем, если мы расплачиваемся карточками. Зная, что каждый из нас покупает, основные поставщики могут вычислить, как нами потенциально можно манипулировать. Транспортные компании, обслуживающие общественный транспорт, знают, когда и по каким маршрутам мы ездим, ведь большинство пользуются для оплаты проезда магнитной картой. ТВ-компании знают, что мы смотрим. Телефонные компании - куда мы звоним (а при помощи полиции даже могут знать, о чём). Компании мобильной связи по сотовой башне в логе знают, где мы приблизительно находимся с точностью до 100 м. Провайдеры интернета знают, какие сайты мы посещаем и какой у нас с этих сайтов траффик. Почтовые сайты знают, что и кому мы пишем. Фото-сайты имеют все наши фотки. Онлайн-хранилища документов имеют доступ ко всем нашим документам, а блоги имеют доступ ко всем нашим записям, даже закрытым. Правительство некоторых стран даже имеет доступ к нашим емейлам.

Секретные службы крупнейших стран уже используют вот такие технологии, и по моим данным при необходимости успешно мобилизуют ВСЕ городские ресурсы слежения и управления (те самые уличные и внутренние камеры, светофоры и т.п.). Наглядно часть этого была показана в новом "Шерлоке", когда в первых сериях Майкрофт Холмс виртуозно следил за Ватсоном при помощи уличных камер и звонил ему на уличные автоматы. Я по работе видела более продвинутые технологии того же самого. Не такие уж и секретные, т.к. полученные таким образом видео используются в разных отчётах. Если уж такая информация становится открытой, то неизвестных нам технологий ещё больше.



Этакий боженька, который знает всё и видит всё. Только у боженьки за любое проявление свободы воли можно выпросить прощение свечками, молитвами, постами да поклонами, а вот люди пострашнее боженьки будут.

Да, в мирное время и если мы хорошо себя ведём, все собранные наши данные не используются против нас. Стоит времени стать менее мирному, как возникнет ещё один критерий неиспользования нашей личной истории против нас - лояльность, следование политики партии. Далее - защита политики партии от того, кого на тот момент определят как врага.

Имеет ли смысл тогда ограничивать наши "следы" в системе? Наверное, это получится сделать только за счёт повышения личного уровня паранойи, что вряд ли облегчит нам жизнь. Уйти жить затворниками в лес тоже не все могут себе позволить.

Поэтому пока мы хоть и в курсе всего этого, но, будучи уверенными в нашей непогрешимости, внимания на это не обращаем особого ("Пусть смотрят. Я обычный человек. Мне нечего скрывать!") и потенциально живущего в нас страха мы не ощущаем. Для него просто пока не сложились условия, и текущая ситуация позволяет нам спать спокойно. Даже я сплю спокойно после того, как узнала о всех этих и некоторых других способах обнаружения и слежки. Это потому, что мой метакоммуникатор (то есть здравый смысл) говорит мне, что я - человек обычный и властям не интересный.

А вот Виолетта такого метакоммуникатора не имеет и поэтому проживает страх "Большого Брата" за нас, символически страдает на кресте за наши грехи, хотя из нас она одна из самых неинтересных для него. Сейчас подумалось, что мучающий её страх - это порождение, сын, самогО Большого Брата.
Tags: город, духи, психология, философия
Subscribe

  • Кот в чёрной дыре

    Интересная ветка у И-П про чёрные дыры: Чёрная дыра -- это один из вариантов устойчивой конфигурации пространства-времени. То есть просто такая…

  • Маска

    С начала карантина я использовала только 4 маски. И то 2 из них мне насильно всучили на входе в магазин и на пересадке в метро. А 2 первых были из…

  • Вирус

    В комментариям к прошлому постингу спросили про шаманское видение вируса. Я пока конкретные вирусы пристально не разглядывала, хотя это у меня в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments